Яцишина екатерина борисовна диссертация

  • автор:

Яцишина екатерина борисовна диссертация

19 августа 2021 г.
на сайте РГГУ по адресу:
http://www2.rsuh.ru/binary/2640943_13.1629359769.49536.pdf
размещена диссертация
на соискание ученой степени доктора наук
Яцишиной Екатерины Борисовны
«Интеграция естественно-научного и гуманитарного знания в историческом материаловедении»
по научной специальности 5.6.6. История науки и техники (исторические науки)

Адрес электронной почты для замечаний и предложений: dissovetrggu@mail.ru

10 сентября 2021 г. на заседании диссертационного совета 24.2.366.03 диссертация Яцишиной Е.Б. принята к защите.

Дата защиты диссертации — 17 декабря 2021 г.

Отзыв ведущей организации:

Отзывы официальных оппонентов:

На заседании 17 декабря 2021 г. диссертационный совет 24.2.366.03 принял решение присудить Яцишиной Е.Б. ученую степень доктора исторических наук. Присутствовало на заседании 17 из 24 членов диссертационного совета, из них 6 докторов наук по научной специальности защищаемой диссертации.
Результаты тайного голосования: за — 16, против — 1, недействительных бюллетеней — 0.

Члены диссертационного совета 24.2.366.03, присутствовавшие на заседании 17 декабря 2021 г.:

  1. Безбородов А.Б. Д.и.н. 5.6.6.
  2. Пивовар Е.И. Д.и.н. 5.6.1.
  3. Хорхордина Т.И Д.и.н. 5.6.8.
  4. Архипова Т.Г. Д.и.н. 5.6.6.
  5. Бахтурина А.Ю. Д.и.н. 5.6.1.
  6. Бородкин Л.И. Д.и.н. 5.6.6.
  7. Киличенков А.А. Д.и.н. 5.6.6.
  8. Киянская О.И. Д.и.н. 5.6.6.
  9. Козлов В.П. Д.и.н. 5.6.8.
  10. Курукин И.В. Д.и.н. 5.6.1.
  11. Ланской Г.Н. Д.и.н. 5.6.8.
  12. Ларин М.В. Д.и.н. 5.6.8.
  13. Сабенникова И.В. Д.и.н. 5.6.8.
  14. Сенин А.С. Д.и.н. 5.6.6.
  15. Соловьев К.А. Д.и.н. 5.6.1.
  16. Усачев А.С. Д.и.н. 5.6.8.
  17. Юрганов А.Л. Д.и.н. 5.6.1.

Исторические типы единства науки Яцишина, Екатерина Борисовна

Яцишина, Екатерина Борисовна. Исторические типы единства науки : диссертация . кандидата философских наук : 09.00.01 / Яцишина Екатерина Борисовна; [Место защиты: Рос. ун-т дружбы народов].- Москва, 2013.- 144 с.: ил. РГБ ОД, 61 13-9/94

Введение к работе

Актуальность темы исследования. На рубеже ХХ-ХХI вв. в развитии науки проявились новые глубинные тенденции, позволяющие говорить о том, что наука вступает в новую историческую фазу своего развития, получившую название постнеклассической науки. Размываются границы между практической и познавательной деятельностью, фундаментальными и прикладными исследованиями, объектами познания становятся сложноорганизованные, в том числе и открытые, исторически развивающиеся системы (объекты экологии, медико-биологические, объекты био-нанотехнологий, системы человек-машина и др.); выдвигаются на первый план междисциплинарные, комплексные и проблемно-ориентированные формы исследовательской деятельности. Первые наддисциплинарные — информационные технологии, вслед за ними био- и нанотехнологии, созидающие качественно новое «тело» материальной культуры, новый технологический уклад, ведут к кардинальным изменениям окружающего нас мира.

Одна из важнейших черт постнеклассической науки – ускорение процессов дифференциации и интеграции научного знания и установление новых типов единства научного знания. В истории науки дифференциация единой системы научного познания, ее внутреннее расчленение неизбежно оборачивается установлением интегративных связей, усилением взаимодействия различных научных дисциплин, созданием объединяющих научных теорий, выявлением для различных отраслей познания единых методологических принципов и установок познания, то есть укреплением единства науки. Понимание характера единства постнеклассической науки – важное условие для разработки системы оценок структурных изменений, которые происходят в современной науке, перспектив ее развития; для совершенствования теоретико-методологических основ программ приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в Российской Федерации, для создания организационных и правовых основ деятельности новых научных инновационных структур.

Для того чтобы конкретно охарактеризовать устанавливающиеся в постнеклассической науке формы единства научного знания необходимо прояснить вопрос о закономерностях исторического развития форм единства науки. Ведь наука – это исторически сложившаяся система познания объективных законов мира, которая в своем историческом развитии претерпела серьезные качественные трансформации. Существенно изменялись и процессы дифференциации и интеграции науки, и формы ее единства. В истории науки, несомненно, проявляется всеобщая закономерность – взаимоопосредованность процессов дифференциации науки и процессов, определяющих укрепление единства, внутренней интегрированности науки. Вместе с тем, в литературе по истории и философии науки совершенно недостаточно разработаны вопросы о закономерностях исторического развития единства науки, об исторических типах такого единства.

Степень разработанности проблемы. Проблематика единства и многообразия научного знания своими историческими корнями восходит к античной философии, прежде всего к Демокриту, Платону и Аристотелю. Вплоть до ХIХ в. она разрабатывалась в русле гносеологических учений как проблема оснований единства и многообразия знания человека о мире. Уже в античности складывались основные философские концепции единства знания – эмпиризм (единство знаний определяется единством чувственного опыта, который в свою очередь задается единством мира, которое обусловлено его единой субстанцией, например, атомами) и рационализм (единство знаний задается супранатуральными факторами, например, «врожденными идеями»).

С формированием новоевропейской науки проблема единства научного знания становится важнейшей областью гносеологических исследований. В работах Ф.Бэкона, Декарта, Лейбница, Канта, Фихте, Гегеля, немецких романтиков разрабатывались различные трактовки единства научного знания, как с точки зрения его структурной организации, так и с точки зрения его связи с ценностными сторонами деятельности сознания. Так, основоположник индуктивного метода Ф.Бэкон (разделявший еще во многом мировоззренческие позиции ренессансного синкретизма) считал, что познание должно отражать две великие стороны единого целого в природе – единство и разнообразие, а воплощением единства всех наук является фундаментальная философия. Но уже Т.Гоббс (выражая особенности эпохи дифференциации натурфилософского знания и отпочкования от него конкретных наук, времени господства идеалов механицизма) исходил из того, что понимание природы, ее тел и объектов возможно лишь путем выявления их простейших элементов, прежде всего математического порядка (линия, плоскость, фигура и др.), а также их перемещений в пространстве. Так формируется радикальный аналитизм, как в онтологии, так и в методологии. При этом Гоббс подчеркивал необходимость дополнять аналитический метод синтетическим, который позволяет постичь всю сложность вещей и даже мира в целом. Но синтетический метод он понимал еще вполне механистически, усматривая в нем лишь аддитивные, а не интегративные характеристики.

По иному пути разрабатывалась трактовка единства науки в картезианстве. У Р.Декарта природа, материя трактуется как протяжение, а единство науки допускается в пределах физики, т.е. познания материальной субстанции. Единство науки он называет «всеобщей мудростью» (universalis Sapientia) и усматривает его не в предметном, а в методологическом срезе научного знания — в едином рационалистическом методе познания. По его мнению, такой метод находит свое воплощение во «всеобщей математике» (mathesis universalis); именно математика является синонимом «всеобщей мудрости», «всеобщей науки».

Серьезная попытка синтеза гносеологических доктрин эмпиризма и рационализма была осуществлена И.Кантом. Кант считал, что природа предстает перед субъектом как хаотическое многообразие единичных вещей и потому объективным единством не обладает; единство в хаос чувственных впечатлений о природе вносится самим субъектом, организацией его сознания. Иначе говоря, в кантианстве единство знания определяется исключительно субъектом, априорными структурами его сознания. По Канту, любое знание – это синтез данных чувственного опыта и априорных всеобщих и необходимых структур, форм сознания. Основанием такого синтеза он считал активность субъекта: не знание должно координироваться, согласовываться с предметами, а предметы со знанием, объект дан сознанию не сам по себе, а в формах активности сознания субъекта. Кант выделял три структурных уровня организации сознания – формы чувственного созерцания, рассудок и разум; им соответствуют формы познания – математика, естествознание и метафизика. Единство естествознания, осуществляемое деятельностью рассудка, по Канту, получило дальнейшее развитие в немецкой социально-гуманитарной традиции ХIХ в. и обосновывалось понятиями волевых установок субъекта (В. Вундт и др.), предшествующего опыта субъекта и др.

В немецкой классической философии и далее в романтизме и марксизме требование единства познания, науки носило императивный характер. Проблема единства науки трактовалась вне вопросов о дифференциации наук, дисциплинарной расчлененности, анализа истории отпочкования наук от их единого философского корня — она рассматривалась преимущественно в контексте анализа понятийно-категориальной структуры познавательной деятельности, включая вопросы категориального синтеза данных чувственного опыта, логических способов конструирования идеальных объектов, формирования научных понятий, принципов, теорий и др. Господствовало представление о едином научно-философском познании, а вопросы множественности исследовательских областей и объектов познания отходили на второй план, предполагалось, что конкретные науки полностью интегрируются философским категориальным аппаратом, рационально-теоретический уровень познания абсолютно довлеет над эмпирическим, и др. При этом, складывался и особый образ будущей науки как некой универсальной науки о мире, включающей в себя все многообразие человеческих знаний, все научные дисциплины и др. Такая наука о Мире как едином целом вместе с тем должна быть одновременно и единой философией, то есть философское и конкретно-научное знание не различаются, а выступают как некое когнитивное единство.

В первой половине ХIХ в. (в условиях возрастания социальной значимости науки, ускорения ее дифференциации, становления дисциплинарной структуры, профессионализации научной деятельности и др.) в качестве особого философского направления (на базе кантианства и позитивизма) формируется философия науки (Дж.С.Милль, О.Конт, Г.Спенсер, У. Уэвелл, и др.). Вплоть до второй половины ХХ в. позитивистски ориентированная философия науки была нацелена на проблематику, связанную с анализом процедур эмпирического познания (психологических, индуктивно-логических) на основе принципа верификации, разработкой программы единой науки на основе унификации языка науки. Сначала в качестве такого единого языка выступал язык математики и математической логики, а позднее – язык физики (программа «физикализма»). В начале ХХ в., в условиях революции в естествознании программа унифицирующего языка науки была дополнена программой анализа оснований науки (прежде всего теории относительности, квантовой механики, синтетической теории эволюции и др.), а во второй половине ХХ в. и программой постижения единства науки, вырастающего из ее истории (К. Поппер, Т.Кун, И.Лакатос, П.Фейерабенд и др.).

Важную роль в развитии проблематики единства науки в первой половине ХХ в. сыграл русский космизм, рассматривавший природные и социальные процессы на Земле в тесной связи с космическими процессами. Так, через все научное и философское творчество В.И. Вернадского проходит мысль о том, что нельзя разделить природные явления на независимые друг от друга части, необходимо рассматривать природу и человека в ней как единое целое. По Вернадскому, научные понятия – это «максимально точные» в данный момент образы реальности, которые постоянно уточняются в ходе научного прогресса; и потому наука «отличается от философии и религии тем, что она по существу едина и одинакова для всех времен, социальных сред и государственных образований». По мнению Вернадского, после создания теории относительности наука идет к новому грандиозному синтезу знаний о природе — совершается переход биосферы в ноосферу («царство разума»), где разумная деятельность человека становится определяющим фактором развития.

В 1950-1960-е гг. в отечественной литературе по онтологии, гносеологии и философским вопросам естествознания одной из центральных становится проблема дифференциации и интеграции научного знания (Б.М.Кедров, П.В. Копнин, А.Г.Спиркин, С.Т.Мелюхин и др.). Разрабатывалась концепция форм движения материи, идея взаимосвязи предмета науки и ее методов; анализировались закономерности исторического развития научного познания; особенности интегративных процессов в науке (перенос методов, понятий из одной науки в другую, разработка универсальных, общенаучных понятий, программ и др.) В это время господствует мнение, что движение к будущей науке подразумевает единую науку «о различных областях природы, общества и мышления, где теоретические разделы будут находиться в единстве с эмпирическим, а то и другое – с практическим их применением; гуманитарные науки будут находиться в единстве с естественно-техническими науками, исторический аспект науки – с логическим и методологическим и т.д.» . В это время происходило также становление историко-научного аспекта данной проблематики.

В 70-е – 90-е гг. ХХ в. проблема единства науки рассматривается в более широком и многообразном контексте, прежде всего, глобальных проблем современной цивилизации, этики науки, связей науки и высоких технологий, синтеза естественнонаучного и гуманитарного знания, с практическими проблемами организации и управления научной деятельностью и др. (В.А. Амбарцумян, А.И.Берг, В.Л.Гинзбург, А.А.Марков, П.С.Симонов В.А.Фок, И.Т.Фролов, В.А.Энгельгардт, и др.), а также гносеологических и логико-методологических проблем единства науки (Н.Т.Абрамова,И.А. Акчурин, Л.Б.Баженов, Д.П.Горский, К.Х. Делокаров, В.В. Казютинский, С.Б. Крымский, Е.Е.Ледников, В.А.Лекторский, Е.А. Мамчур, Л.А.Микешина, А.М. Мостепаненко, Л.А. Никифоров, Б.И. Пружинин, Ю.В.Сачков В.С. Швырев и др.), дисциплинарной организации науки (В.Н.Вандышев, А.П. Огурцов, А.А. Печенкин, Б.Г.Юдин и др.), а также историко — научных аспектов проблемы (А.В. Ахутин, П.П. Гайденко, Г.М. Идлис, Н.Ф. Овчиннников, В.Л.Рабинович, и др.) и др. В этот период была прояснена связь проблемы единства науки с процедурами генерализации, систематизации знания, показано, что сведение многообразия к его субстанциальным основаниям есть общая закономерность познавательного процесса, ведь явление считается обоснованным тогда, когда оно поставлено в связь с основополагающим, базисным знанием; интеграция наук трактовалась как повышение уровня системности научного знания, как междисциплинарная кооперация и движение к единой научной картине мира, единым методологическим и мировоззренческим установкам, ценностно-смысловым ориентирам научного познания и др.

Вместе с тем, для данного периода разработки проблемы единства научного знания характерна противоречивая оценка связи дифференциации и интеграции науки. С одной стороны, дифференциация рассматривалась как закономерный и необходимый момент развития науки, углубления научного знания. А, с другой стороны, в литературе указывалось, что следствием дифференциации может являться разрушение междисциплинарных связей в науке, ее чрезмерная раздробленность, что неизбежно ограничивает интегративные тенденции, противоречит идее единства науки.

Новый период в разработке проблематики связи дифференциации и интеграции науки наступает в 2000-е гг. В науке ХХI в. превалируют междисциплинарные исследования, на стыке наук и технологий, прежде всего, нано-биотехнологий, информационных, когнитивных наук. Субъект выходит на атомно-молекулярный уровень направленного конструирования материалов с заданными свойствами, в том числе, и ранее не существовавших в природе. Междисциплинарный симбиоз нано и биотехнологий открывает возможность адекватного воспроизведения систем и процессов живой природы. Значительно возрастает роль интегративных отраслей (теория систем, управления, теория моделей общения и т.д.), все масштабнее становятся интеграционные тенденции в развитии научного познания, качественно изменяются и формы интегративных процессов – они приобретают характер конвергенции наук. В этих условиях интерес к проблеме единства науки усиливается. Масштабы и формы процессов интеграции в условиях постнеклассической науки исследуются в работах И.Аршинова, Е. Баксанского, Е.Н. Гнатик, Д.И. Дубровского, М.В.Ковальчука, В.М. Найдыша, А.Н. Павленко, и др. Данная проблема анализируется в широком философско-методологическом и мировоззренческом контексте, с глубокой проработкой историко-научного материала, акцентом на анализ активности субъекта, закономерностей возрастания такой активности, как теоретической, так и предметно-практической.

Объектом исследования является наука как особый компонент духовной культуры, как историческая форма познавательной деятельности, взятая в ее многообразии и единстве.

Предметом исследования выступают те связи и отношения, которые придают науки системность, целостность, внутреннее единство; а также исторические формы этих связей и отношений.

Цели и задачи исследования. Основной целью нашего диссертационного исследования является философско-теоретический анализ исторических типов единства науки, что предполагает решение следующих исследовательских задач.

Во-первых, прояснение вопроса о том, чем определяется единство науки, каковы характеристики факторов, определяющих ее единство.

Во-вторых, как единство науки связано с возрастанием роли субъекта познавательной и практической деятельности в истории.

В-третьих, исследование особенностей оснований науки, их закономерных черт, их структуры.

В-четвертых, выделение и анализ основных исторических типов единства науки.

Теоретико-методологическая основа исследования определяется объектом, целью и задачами исследования. В основу исследования положены труды классиков мировой и отечественной философской и историко-научной мысли по проблемам единства науки, работы естествоиспытателей, внесших значительный вклад в развитие интегративных процессов в науке. Методологической основой работы выступают: принцип историзма, системный подход, типологический и компаративистский анализы, междисциплинарный синтез, категориальный аппарат теории познания и философской теории развития.

Научная новизна исследования определяется тем, что в нем на основании анализа и обобщения истории науки выделены и проанализированы основные исторические типы единства науки. Результаты исследования, представляющие научную новизну, состоят в следующем:

1. Проанализирован вопрос о факторах, определяющих единство науки. Показано, что наиболее глубокими факторами являются основания науки, т.е. такие элементы системной организации науки, которые направляют, регулируют, контролируют и корректируют процесс получения нового знания. Выявлена внутренняя противоречивость оснований науки.

2. Показано, что исторические типы единства научного знания закономерно связаны с основаниями науки и структурно подразделяются на «внутреннее» и «внешнее» единство науки. Проанализированы особенности этих двух форм единства науки.

3. Исследована связь проблемы единства науки с проблемой роли субъекта познания, возрастанием этой роли в истории науки.

4. Выявлены и проанализированы основные исторические типы единства науки.

Положения, выносимые на защиту.

1. Единство науки определяется ее основаниями, которые содержат два взаимно предполагающих и неразрывных аспекта (кластера). Один из них направляет формирование внутренних связей элементов (понятий, идей, гипотез, методов, теорий и др.) данной науки, структурирует внутреннюю организацию науки, задает дисциплинарную структуру определенного способа познания. Второй обеспечивает функционирование внешних связей науки, включенность конкретной науки в исторически определенную систему познавательной деятельности (науку как целое на ее определенном историческом этапе) и более широко – в систему духовной культуры определенной эпохи. Интегративные процессы осуществляются как через внешнюю, так и через внутреннюю составляющую оснований науки.

2. Историческое развитие форм единства науки, в конечном счете, определяются ростом активности субъекта познания. С ростом идеально-теоретической и предметно-практической активности субъекта усиливается взаимодействие, растет многообразие связей между отдельными науками, отраслями научного познания, наблюдается тенденция сближения субъекта фундаментальной науки и субъекта прикладной науки.

В истории развития науки можно выделить следующие исторические типы единства науки.

3. Первый тип – античный. Субъект здесь находится исключительно в созерцательно-теоретическом отношении к объекту. «Внешнее единство» античной науки обеспечивалось рационалистической философской традицией (нашедшей свое наиболее зрелое выражение в аристотелизме). Единственным способом организации «внутреннего единства» античных наук выступала математика, аксиоматически-дедуктивный способ организации знания. Античный тип единства научного знания являлся созерцательно-синкретическим.

4. Второй исторический тип единства науки складывается в эпоху Средневековья. Здесь субъект находится в ценностном отношении к объекту, природные объекты характеризуются не в их объективных свойствах, а с точки зрения их символическо-религиозной значимости. «Внешнее» единство этих «наук» обеспечивалось некоторыми исходными абстрактными образами религиозной значимости, вокруг которых концентрировались производные смыслообразы, не имеющие, как правило, логического обоснования. «Внутреннее» единство научного знания выражалось плохо структурированными традициями познавательной деятельности — схоластико-умозрительной, герметической, эмпирической. Средневековый тип единства науки может быть назван ценностно-символическим.

5. Третий тип единства науки характерен для новоевропейской науки эпохи Модерна, в которой господствовала тенденция дифференциации наук, аналитическая направленность познавательной деятельности, ориентация на выявление все более глубоких уровней структурной организации материи. Значительно возрастает активность субъекта познания.

«Внешнее» единство новоевропейской науки реализовывалось на нескольких уровнях – через картины мира (частнонаучные, отдельной отрасли науки, общенаучную), философские категории (пространство, время, мир, природа, человек и др.) и принципы (развития, единства мира и др.); мировоззренческие и методологические установки, задающие идеалы объяснения, обоснованности и организации знания; базисные понятия науки (информация, система, организация и др.). А «внутреннее» единство конкретных наук задавалось принципами фундаментальных теорий и их «языком», логическим (математическим) аппаратом. Новоевропейский тип единства науки может быть назван аналитическим.

6. Четвертый исторический тип единства науки складывается в естествознании ХХI в. Здесь аналитической подход к познанию структуры материи сменился синтетическим, доминируют междисциплинарные исследования, растет их многообразие; они берут на себя интегративные функции по отношению к отдельным наукам; сближаются науки об органической и неорганической природе, интеграция наук приобретает трансдисциплинарный характер; дифференциация из особого направления эволюции науки становится моментом доминирующего в ней интеграционного процесса; процессы дифференциации и интеграции сливаются в единый интегрально-дифференциальный синтез; усиливается взаимодействие между внешними внутренним единством науки, они часто они становятся неразличимыми. Такой исторический тип единства науки может быть назван конвергентным.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что полученные результаты могут быть использованы для дальнейшего анализа проблем философии и истории науки, методологии науки, исторических закономерностей развития духовной культуры, в экспертных оценках.

Результаты исследования могут быть использованы при разработке спецкурсов по проблемам онтологии и теории познания, философских проблем естествознания, истории культуры, истории и философии науки, философии культуры.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертации были представлены в 4 научных публикациях в различных изданиях из списка ВАК.

Структура работы отражает цели и задачи исследования. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и библиографии.

автореферат диссертации по философии, специальность ВАК РФ 09.00.01
диссертация на тему: Исторические типы единства науки

Диссертация по философии на тему

Работа выполнена на кафедре онтологии и теории познания факультета гуманитарных и социальных наук Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российский университет дружбы народов» (РУДН).

доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой онтологии и теории познания факультета гуманитарных и социальных наук РУДН

Найдыш Вячеслав Михайлович

доктор философских наук, профессор, заместитель заведующего кафедрой государственно-конфессиональных отношений Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации Делокаров Кадырбеч Хаджумарович

доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, ведущий научный сотрудник Центра био- и экофилософии Института философии РАН Баксанский Олег Евгеньевич

Московский физико-технический институт (государственный университет)

Защита состоится «15» мая 2013 года в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.203.02 при Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российский университет дружбы народов»: 117198, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 10/1, ауд. 415.

С диссертацией можно ознакомиться в Учебно-научном информационном библиотечном центре РУДН: 117198, Москва, ул. Миклухо-Маклая, д.6 Объявление о защите и автореферат размещен на сайте https://vak2.ed.gov.ru

Автореферат разослан «_»

диссертационного совета Д 212.203.02

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. На рубеже ХХ-ХХ1 вв. в развитии науки проявились новые глубинные тенденции, позволяющие говорить о том, что наука вступает в новую историческую фазу своего развития, получившую название постнеклассической науки1. Размываются границы между практической и познавательной деятельностью, фундаментальными и прикладными исследованиями, объектами познания становятся сложнооргани-зованные, в том числе и открытые, исторически развивающиеся системы (объекты экологии, медико-биологические, объекты био-нанотехнологий, системы человек-машина и др.); выдвигаются на первый план междисциплинарные, комплексные и проблемно-ориентированные формы исследовательской деятельности. Первые наддисциплинарные — информационные технологии, вслед за ними био- и нанотехнологии, созидающие качественно новое «тело» материальной культуры, новый технологический уклад, ведут к кардинальным изменениям окружающего нас мира.

Одна из важнейших черт постнеклассической науки — ускорение процессов дифференциации и интеграции научного знания и установление новых типов единства научного знания. В истории науки дифференциация единой системы научного познания, ее внутреннее расчленение неизбежно оборачивается установлением интегративных связей, усилением взаимодействия различных научных дисциплин, созданием объединяющих научных теорий, выявлением для различных отраслей познания единых методологических принципов и установок познания, то есть укреплением единства науки. Понимание характера единства постнеклассической науки — важное условие для разработки системы оценок структурных изменений, которые происходят в современной науке, перспектив ее развития; для совершенствования теоретико-методологических основ программ приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в Российской Федерации, для создания организационных и правовых основ деятельности новых научных инновационных структур.

Для того чтобы конкретно охарактеризовать устанавливающиеся в постнеклассической науке формы единства научного знания необходимо прояснить вопрос о закономерностях исторического развития форм единства науки. Ведь наука — это исторически сложившаяся система познания объективных законов мира, которая в своем историческом развитии претерпела

1 См.: Степин B.C. Философские науки. Общие вопросы. М., 2010. Гл.7.

серьезные качественные трансформации. Существенно изменялись и процессы дифференциации и интеграции науки, и формы ее единства. В истории науки, несомненно, проявляется всеобщая закономерность — взаимоопосре-дованность процессов дифференциации науки и процессов, определяющих укрепление единства, внутренней интегрированности науки. Вместе с тем, в литературе по истории и философии науки совершенно недостаточно разработаны вопросы о закономерностях исторического развития единства науки, об исторических типах такого единства.

Степень разработанности проблемы. Проблематика единства и многообразия научного знания своими историческими корнями восходит к античной философии, прежде всего к Демокриту, Платону и Аристотелю. Вплоть до ХЕХ в. она разрабатывалась в русле гносеологических учений как проблема оснований единства и многообразия знания человека о мире. Уже в античности складывались основные философские концепции единства знания — эмпиризм (единство знаний определяется единством чувственного опыта, который в свою очередь задается единством мира, которое обусловлено его единой субстанцией, например, атомами) и рационализм (единство знаний задается супранатуральными факторами, например, «врожденными идеями»).

С формированием новоевропейской науки проблема единства научного знания становится важнейшей областью гносеологических исследований. В работах Ф.Бэкона, Декарта, Лейбница, Канта, Фихте, Гегеля, немецких романтиков разрабатывались различные трактовки единства научного знания, как с точки зрения его структурной организации, так и с точки зрения его связи с ценностными сторонами деятельности сознания. Так, основоположник индуктивного метода Ф.Бэкон (разделявший еще во многом мировоззренческие позиции ренессансного синкретизма) считал, что познание должно отражать две великие стороны единого целого в природе — единство и разнообразие, а воплощением единства всех наук является фундаментальная философия. Но уже Т.Гоббс (выражая особенности эпохи дифференциации натурфилософского знания и отпочкования от него конкретных наук, времени господства идеалов механицизма) исходил из того, что понимание природы, ее тел и объектов возможно лишь путем выявления их простейших элементов, прежде всего математического порядка (линия, плоскость, фигура и др.), а также их перемещений в пространстве. Так формируется радикальный аналитизм, как в онтологии, так и в методологии. При этом Гоббс подчеркивал необходимость дополнять аналитический метод синтетическим,

который позволяет постичь всю сложность вещей и даже мира в целом. Но синтетический метод он понимал еще вполне механистически, усматривая в нем лишь аддитивные, а не интегративные характеристики1.

По иному пути разрабатывалась трактовка единства науки в картезианстве. У Р.Декарта природа, материя трактуется как протяжение, а единство науки допускается в пределах физики, т.е. познания материальной субстанции. Единство науки он называет «всеобщей мудростью» (universalis Sapientia) и усматривает его не в предметном, а в методологическом срезе научного знания — в едином рационалистическом методе познания. По его мнению, такой метод находит свое воплощение во «всеобщей математике» (mathesis universalis); именно математика является синонимом «всеобщей мудрости», «всеобщей науки»2.

Серьезная попытка синтеза гносеологических доктрин эмпиризма и рационализма была осуществлена И.Кантом. Кант считал, что природа предстает перед субъектом как хаотическое многообразие единичных вещей и потому объективным единством не обладает; единство в хаос чувственных впечатлений о природе вносится самим субъектом, организацией его сознания. Иначе говоря, в кантианстве единство знания определяется исключительно субъектом, априорными структурами его сознания. По Канту, любое знание — это синтез данных чувственного опыта и априорных всеобщих и необходимых структур, форм сознания. Основанием такого синтеза он считал активность субъекта: не знание должно координироваться, согласовываться с предметами, а предметы со знанием3, объект дан сознанию не сам по себе, а в формах активности сознания субъекта. Кант выделял три структурных уровня организации сознания — формы чувственного созерцания, рассудок и разум; им соответствуют формы познания — математика, естествознание и метафизика. Единство естествознания, осуществляемое деятельностью рассудка, по Канту, получило дальнейшее развитие в немецкой социально-гуманитарной традиции XIX в. и обосновывалось понятиями волевых установок субъекта (В. Вундт и др.), предшествующего опыта субъекта и др.

В немецкой классической философии и далее в романтизме и марксизме требование единства познания, науки носило императивный характер. Проблема единства науки трактовалась вне вопросов о дифференциации наук, дисциплинарной расчлененности, анализа истории отпочкования наук от их единого философского корня — она рассматривалась преимущественно в кон-

1 Гоббс Т. О теле // Т.Гоббс. Сочинения в 2 т. T.I. M.,1989. С.142.

2 ДекартР. Правила для руководства ума//Декарт Р. Соч. в 2 т.Т.1.М.,1989. С.90.

3 Кант И. Критика чистого разума // И. Кант Соч.: В 6 т. Т.З. М., 1964. С.105.

тексте анализа понятийно-категориальной структуры познавательной деятельности, включая вопросы категориального синтеза данных чувственного опыта, логических способов конструирования идеальных объектов, формирования научных понятий, принципов, теорий и др. Господствовало представление о едином научно-философском познании, а вопросы множественности исследовательских областей и объектов познания отходили на второй план, предполагалось, что конкретные науки полностью интегрируются философским категориальным аппаратом, рационально-теоретический уровень познания абсолютно довлеет над эмпирическим, и др. При этом, складывался и особый образ будущей науки как некой универсальной науки о мире, включающей в себя все многообразие человеческих знаний, все научные дисциплины и др. Такая наука о Мире как едином целом вместе с тем должна быть одновременно и единой философией, то есть философское и конкретно-научное знание не различаются, а выступают как некое когнитивное единство.

В первой половине XIX в. (в условиях возрастания социальной значимости науки, ускорения ее дифференциации, становления дисциплинарной структуры, профессионализации научной деятельности и др.) в качестве особого философского направления (на базе кантианства и позитивизма) формируется философия науки (Дж.С.Милль, О.Конт, Г.Спенсер, У. Уэвелл, и др.). Вплоть до второй половины XX в. позитивистски ориентированная философия науки была нацелена на проблематику, связанную с анализом процедур эмпирического познания (психологических, индуктивно-логических) на основе принципа верификации, разработкой программы единой науки на основе унификации языка науки. Сначала в качестве такого единого языка выступал язык математики и математической логики, а позднее — язык физики (программа «физикализма»). В начале XX в., в условиях революции в естествознании программа унифицирующего языка науки была дополнена программой анализа оснований науки (прежде всего теории относительности, квантовой механики, синтетической теории эволюции и др.), а во второй половине XX в. и программой постижения единства науки, вырастающего из ее истории (К. Поппер, Т.Кун, И.Лакатос, П.Фейерабенд и др.).

Важную роль в развитии проблематики единства науки в первой половине XX в. сыграл русский космизм, рассматривавший природные и социальные процессы на Земле в тесной связи с космическими процессами. Так, через все научное и философское творчество В.И. Вернадского проходит мысль о том, что нельзя разделить природные явления на независимые друг

от друга части, необходимо рассматривать природу и человека в ней как единое целое. По Вернадскому, научные понятия — это «максимально точные» в данный момент образы реальности, которые постоянно уточняются в ходе научного прогресса; и потому наука «отличается от философии и религии тем, что она по существу едина и одинакова для всех времен, социальных сред и государственных образований»1. По мнению Вернадского, после создания теории относительности наука идет к новому грандиозному синтезу знаний о природе — совершается переход биосферы в ноосферу («царство разума»), где разумная деятельность человека становится определяющим фактором развития.

В 1950-1960-е гг. в отечественной литературе по онтологии, гносеологии и философским вопросам естествознания одной из центральных становится проблема дифференциации и интеграции научного знания (Б.М.Кедров, П.В. Копнин, А.Г.Спиркин, С.Т.Мелюхин и др.). Разрабатывалась концепция форм движения материи, идея взаимосвязи предмета науки и ее методов; анализировались закономерности исторического развития научного познания; особенности интегративных процессов в науке (перенос методов, понятий из одной науки в другую, разработка универсальных, общенаучных понятий, программ и др.) В это время господствует мнение, что движение к будущей науке подразумевает единую науку «о различных областях природы, общества и мышления, где теоретические разделы будут находиться в единстве с эмпирическим, а то и другое — с практическим их применением; гуманитарные науки будут находиться в единстве с естественно-техническими науками, исторический аспект науки — с логическим и методологическим и т.д.» 2. В это время происходило также становление историко-научного аспекта данной проблематики3.

В 70-е — 90-е гг. XX в. проблема единства науки рассматривается в более широком и многообразном контексте4, прежде всего, глобальных проблем современной цивилизации, этики науки, связей науки и высоких технологий, синтеза естественнонаучного и гуманитарного знания, с практическими проблемами организации и управления научной деятельностью и др. (В.А. Ам-барцумян, А.И.Берг, В.Л.Гинзбург, А.А.Марков, П.С.Симонов В.А.Фок,

1 Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление. М., 1991. С. 76.

2 Кедров Б.М., Спиркин А.Г. Наука//Философская энциклопедия. Т.З. М., 1964. С.571.

3 См.: Очерки истории и теории развития науки. М., 1969

4 См.: Структура и развитие науки. М., 1978; Науки в их взаимосвязи. История. Теория. Практика. М., 1988; Овчинников Н.Ф. Тенденции к единству науки. М., 1989; Философские проблемы классической и неклассической физики. М., 1998; Огурцов А.П. Дисциплинарная структура науки. М., 1988; Философско-религиозные истоки науки. М., 1997 и др.

И.Т.Фролов, В.А.Энгельгардт, и др.), а также гносеологических и логико-методологических проблем единства науки (Н.Т.Абрамова,И.А. Акчурин, Л.Б.Баженов, Д.П.Горский, К.Х. Делокаров, В.В. Казютинский, С.Б. Крымский, Е.Е.Ледников, В.А.Лекторский, Е.А. Мамчур, Л.А.Микешина, A.M. Мостепаненко, Л.А. Никифоров, Б.И. Пружинин, Ю.В.Сачков B.C. Швырев и др.), дисциплинарной организации науки (В.Н.Вандышев, А.П. Огурцов,

A.A. Печенкин, Б.Г.Юдин и др.), а также историко — научных аспектов проблемы (A.B. Ахутин, П.П. Гайденко, Г.М. Идлис, Н.Ф. Овчиннников,

B.Л.Рабинович, и др.) и др. В этот период была прояснена связь проблемы единства науки с процедурами генерализации, систематизации знания, показано, что сведение многообразия к его субстанциальным основаниям есть общая закономерность познавательного процесса, ведь явление считается обоснованным тогда, когда оно поставлено в связь с основополагающим, базисным знанием1; интеграция наук трактовалась как повышение уровня системности научного знания, как междисциплинарная кооперация и движение к единой научной картине мира, единым методологическим и мировоззренческим установкам, ценностно-смысловым ориентирам научного познания и

Вместе с тем, для данного периода разработки проблемы единства научного знания характерна противоречивая оценка связи дифференциации и интеграции науки. С одной стороны, дифференциация рассматривалась как закономерный и необходимый момент развития науки, углубления научного знания. А, с другой стороны, в литературе указывалось, что следствием дифференциации может являться разрушение междисциплинарных связей в науке, ее чрезмерная раздробленность, что неизбежно ограничивает интегра-тивные тенденции, противоречит идее единства науки.

Новый период в разработке проблематики связи дифференциации и интеграции науки наступает в 2000-е гг. В науке XXI в. превалируют междисциплинарные исследования, на стыке наук и технологий, прежде всего, нано-биотехнологий, информационных, когнитивных наук. Субъект выходит на

атомно-молекулярный уровень направленного конструирования материалов с

заданными свойствами, в том числе, и ранее не существовавших в природе. Междисциплинарный симбиоз нано и биотехнологий открывает возможность адекватного воспроизведения систем и процессов живой природы. Значительно возрастает роль интегративных отраслей (теория систем, управления,

1 См.: Единство научного знания. М., 1988.

2 Ковальчук М.В.Наука и жизнь: моя конвергенция. М.2011, Т. 1. С.243-248 и др. 8

теория моделей общения и т.д.), все масштабнее становятся интеграционные тенденции в развитии научного познания, качественно изменяются и формы интегративных процессов — они приобретают характер конвергенции наук. В этих условиях интерес к проблеме единства науки усиливается. Масштабы и формы процессов интеграции в условиях постнеклассической науки исследуются в работах И.Аршинова, Е. Баксанского, E.H. Гнатик, Д.И. Дубровского, М.В.Ковальчука, В.М. Найдыша, А.Н. Павленко, и др. Данная проблема анализируется в широком философско-методологическом и мировоззренческом контексте, с глубокой проработкой историко-научного материала, акцентом на анализ активности субъекта, закономерностей возрастания такой активности, как теоретической, так и предметно-практической.

Объектом исследования является наука как особый компонент духовной культуры, как историческая форма познавательной деятельности, взятая в ее многообразии и единстве.

Предметом исследования выступают те связи и отношения, которые придают науки системность, целостность, внутреннее единство; а также исторические формы этих связей и отношений.

Цели и задачи исследования. Основной целью нашего диссертационного исследования является философско-теоретический анализ исторических типов единства науки, что предполагает решение следующих исследовательских задач.

Во-первых, прояснение вопроса о том, чем определяется единство науки, каковы характеристики факторов, определяющих ее единство.

Во-вторых, как единство науки связано с возрастанием роли субъекта познавательной и практической деятельности в истории.

В-третьих, исследование особенностей оснований науки, их закономерных черт, их структуры.

В-четвертых, выделение и анализ основных исторических типов единства науки.

Теоретико-методологическая основа исследования определяется объектом, целью и задачами исследования. В основу исследования положены труды классиков мировой и отечественной философской и историко-научной мысли по проблемам единства науки, работы естествоиспытателей, внесших значительный вклад в развитие интегративных процессов в науке. Методологической основой работы выступают: принцип историзма, системный подход, типологический и компаративистский анализы, междисциплинарный

синтез, категориальный аппарат теории познания и философской теории развития.

Научная новизна исследования определяется тем, что в нем на основании анализа и обобщения истории науки выделены и проанализированы основные исторические типы единства науки. Результаты исследования, представляющие научную новизну, состоят в следующем:

1. Проанализирован вопрос о факторах, определяющих единство науки. Показано, что наиболее глубокими факторами являются основания науки, т.е. такие элементы системной организации науки, которые направляют, регулируют, контролируют и корректируют процесс получения нового знания. Выявлена внутренняя противоречивость оснований науки.

2. Показано, что исторические типы единства научного знания закономерно связаны с основаниями науки и структурно подразделяются на «внутреннее» и «внешнее» единство науки. Проанализированы особенности этих двух форм единства науки.

3. Исследована связь проблемы единства науки с проблемой роли субъекта познания, возрастанием этой роли в истории науки.

4. Выявлены и проанализированы основные исторические типы единства науки.

Положения, выносимые на защиту.

1. Единство науки определяется ее основаниями, которые содержат два взаимно предполагающих и неразрывных аспекта (кластера). Один из них направляет формирование внутренних связей элементов (понятий, идей, гипотез, методов, теорий и др.) данной науки, структурирует внутреннюю организацию науки, задает дисциплинарную структуру определенного способа познания. Второй обеспечивает функционирование внешних связей науки, включенность конкретной науки в исторически определенную систему познавательной деятельности (науку как целое на ее определенном историческом этапе) и более широко — в систему духовной культуры определенной эпохи. Интегративные процессы осуществляются как через внешнюю, так и через внутреннюю составляющую оснований науки.

2. Историческое развитие форм единства науки, в конечном счете, определяются ростом активности субъекта познания. С ростом идеально-теоретической и предметно-практической активности субъекта усиливается взаимодействие, растет многообразие связей между отдельными науками, отраслями научного познания, наблюдается тенденция сближения субъекта фундаментальной науки и субъекта прикладной науки.

В истории развития науки можно выделить следующие исторические типы единства науки.

3. Первый тип — античный. Субъект здесь находится исключительно в созерцательно-теоретическом отношении к объекту. «Внешнее единство» античной науки обеспечивалось рационалистической философской традицией (нашедшей свое наиболее зрелое выражение в аристотелизме). Единственным способом организации «внутреннего единства» античных наук выступала математика, аксиоматически-дедуктивный способ организации знания. Античный тип единства научного знания являлся созерцательно-синкретическим.

4. Второй исторический тип единства науки складывается в эпоху Средневековья. Здесь субъект находится в ценностном отношении к объекту, природные объекты характеризуются не в их объективных свойствах, а с точки зрения их символическо-религиозной значимости. «Внешнее» единство этих «наук» обеспечивалось некоторыми исходными абстрактными образами религиозной значимости, вокруг которых концентрировались производные смыслообразы, не имеющие, как правило, логического обоснования. «Внутреннее» единство научного знания выражалось плохо структурированными традициями познавательной деятельности — схоластико-умозрительной, герметической, эмпирической. Средневековый тип единства науки может быть назван ценностно-символическим.

5. Третий тип единства науки характерен для новоевропейской науки эпохи Модерна, в которой господствовала тенденция дифференциации наук, аналитическая направленность познавательной деятельности, ориентация на выявление все более глубоких уровней структурной организации материи. Значительно возрастает активность субъекта познания.

«Внешнее» единство новоевропейской науки реализовывалось на нескольких уровнях — через картины мира (частнонаучные, отдельной отрасли науки, общенаучную), философские категории (пространство, время, мир, природа, человек и др.) и принципы (развития, единства мира и др.); мировоззренческие и методологические установки, задающие идеалы объяснения, обоснованности и организации знания; базисные понятия науки (информация, система, организация и др.). А «внутреннее» единство конкретных наук задавалось принципами фундаментальных теорий и их «языком», логическим (математическим) аппаратом. Новоевропейский тип единства науки может быть назван аналитическим.

6. Четвертый исторический тип единства науки складывается в естествознании XXI в. Здесь аналитической подход к познанию структуры материи сменился синтетическим, доминируют междисциплинарные исследования, растет их многообразие; они берут на себя интегративные функции по отношению к отдельным наукам; сближаются науки об органической и неорганической природе, интеграция наук приобретает трансдисциплинарный характер; дифференциация из особого направления эволюции науки становится моментом доминирующего в ней интеграционного процесса; процессы дифференциации и интеграции сливаются в единый интегрально-дифференциальный синтез; усиливается взаимодействие между внешними внутренним единством науки, они часто они становятся неразличимыми. Такой исторический тип единства науки может быть назван конвергентный.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что полученные результаты могут быть использованы для дальнейшего анализа проблем философии и истории науки, методологии науки, исторических закономерностей развития духовной культуры, в экспертных оценках.

Результаты исследования могут быть использованы при разработке спецкурсов по проблемам онтологии и теории познания, философских проблем естествознания, истории культуры, истории и философии науки, философии культуры.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертации были представлены в 4 научных публикациях в различных изданиях из списка ВАК.

Структура работы отражает цели и задачи исследования. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и библиографии.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во «Введении» обосновывается актуальность темы исследования, анализируется состояние научной разработанности проблемы, характеризуются объект, предмет, цели и задачи исследования, указываются методологические и теоретические основы исследования, показана его научная новизна, формулируются основные научные положения, выносимые на защиту, раскрывается теоретическая и практическая значимость проведенного диссерта-

1 См.: RocoMC., Bainbridge W.S. Converging technologies for improving human performance: nanotechnology, biotechnology, information technology and cognitive science. Dordrecht. 2003. 488 p.; Ковальчук M.B. Наука и жизнь: моя конвергенция. М.2011, Т.1 304 с.

ционного исследования, апробация полученных авторов результатов работы, структура диссертации.

В первой главе («Единство науки как проблема философии науки») рассматривается развитие содержания понятия «единство науки» в истории философии и естествознания, полисемантизм понятия «единство науки», понятия «внутреннее» и «внешнее» единство науки, вопрос о связи единства науки с активностью субъекта познания.

Отмечается, что в основе познавательной деятельности человека лежат мыслительные процедуры обобщения действительности, генерализации знаний о мире. Познание исторически развивается от чувственного многообразного явления к рационально постигаемому сущностному, субстанциальному единству. Выражением этой особенности познания является свойственная науке установка на поиск единства в природе, связывание разрозненных фрагментов знания в единую картину мира. Онтологической основой единства знаний является системная организация мира, наличие необходимых связей единичного и общего, сущности и явления, основания и обоснованного, закономерного и хаотического и др.

В античной философии начало развиваться представление о неразрывной связи единства и многообразия знания (Демокрит, Платон, Аристотель), закладывалась философская проблематика единства научного знания, причем, как в онтологическом, так и в гносеологическом плане. В онтологическом плане уже у Платона видна тенденция придавать Единому роль творца и источника множественного. Эта линия находит свое развитие в неоплатонизме, где бытие трактуется как эманация сверхбытийного и трансцендентного Единого, которое выше всего, в том числе и бытия, поскольку именно Единое «порождает все». При всей относительной самостоятельности отдельных отраслей познания античная наука в целом была слабо дифференцирована, носила синтетический, синкретический характер.

В эпоху Средневековья неоплатонистское понимание Единого получает христианское толкование. Основание единства знания здесь усматривалось в вере в единого Бога. Уже в эпоху патристики сложилось две принципиально различные концепции «знания, доступного христианину: знания, предназначенного заменить собой веру, и знания, покоряющегося ей, чтобы проникнуть в ее тайны»1. И если первая линия нашла свое выражение в гностицизме, то вторая линия исходила из неразделенности знания и веры и представления о том, что раз Бог един, то он совершенен, а значит «единство — фун-

1 Жильсон Э. Философия в средние века: От истоков патристики до конца XIV века. М., 2010. С.28.

даментальный принцип всего, без которого нельзя говорить ни о целом, ни о части»1.

С возникновением и развитием науки Нового времени единство научного знания становится одной из центральных проблем гносеологических исследований. Если в классических теориях познания единство знания определялось внешними для субъекта факторами (чувственной природой — в эмпиризме; супранатуральными обстоятельствами, например, «врожденными идеями» — в рационализме), то в кантианстве единство знания определяется уже исключительно субъектом. В немецкой классической философии проблема единства науки трактовалась вне вопросов о дифференциации наук, а рассматривалась в контексте анализа понятийно-категориальной структуры познавательной деятельности. Сложившийся в немецкой классической философии, прежде всего в гегельянстве, весьма продуктивный идеал единой науки получил свое развитие в романтизме, марксизме, позитивизме, в религиозной философии «всеединства» — универсального синтеза науки, философии и религии на основе религии (В.С.Соловьев, П.А.Флоренский и др.), в тектологии А.А.Богданова, русском космизме, учении В.И.Вернадского о ноосфере.

Исследование проблемы единства науки в отечественной философской литературе конца XX — начала XXI вв. характеризуется дискуссией о характере связи дифференциации и интеграции науки (не является ли следствием дифференциации разрушение междисциплинарных связей в науке, что ограничивает интегративные тенденции, а значит — противоречит идее единства науки). В этих условиях сложилось три различные позиции. Согласно первой из них, принципы системной методологии предполагают равноправие, взаимодополнительность и взаимообусловленность дифференциации и интеграции науки2. Вторая исходит из первичности, универсальности дифференциации науки и вторичности, производности ее интеграции3. И, наконец, третья «крайняя» точка зрения состоит в том, что складывающаяся на основе дифференциации науки дисциплинарная и тематическая раздробленность науки есть ее временное, исторически преходящее состояние, доминантной тенденцией является интеграция науки4.

'Депенчук Н.П., Крымский С.Б. Интегративная тенденция в развитии знания // Единство научного знания. М„ 1988. С. 145.

3НикифоровА.Л. Основы дифференциации наук// Единство научного познания. М., 1988. С. 131. См. также: Вандышев В.Н. Философский анализ дифференциации естественнонаучного познания. Киев. 1989 и др.

4 великое МЛ Интеграция науки: философский очерк. М., 1981. С. 271.

Таким образом, термин «единство науки» отличается своей полисеман-тичностью, что во многом связано с неопределенностью вопроса о том, в каком объеме мы употребляем термин «наука»: как отдельной отрасли научно-исследовательской деятельности (математика, физика, биология, генетика и др.), или как целой сферы научного познания (естествознание в целом, например), или, наконец, имеем в виду всю систему научного познания реальности (т.е. науки о природе, обществе и науки о человеке). Для всех этих случаев понятие единства науки существенно различается. На каждом из этих уровней функцию интеграции, синтеза, объединения наук выполняют разные типы связей и отношений. Кроме того, понятие единства науки имеет еще историческую составляющую, ведь познание носит конкретно-исторический характер. В каждом своем историческом типе познавательная деятельность всегда специфицирована, а значит, специфицирован и характер ее единства.

Чем непосредственно определяется единство науки? На наш взгляд, продуктивной является точка зрения, согласно которой единство науки (т.е. целостной системы эмпирических и теоретических средств исследовательской деятельности, нацеленных на отражение некоторого объекта, «среза» объективной реальности) определяется ее основаниями1. Поскольку система познавательной деятельности иерархична, то иерархически организована и система оснований науки — основания отдельной науки (способа познания), основания цикла наук (физические, химические, биологические науки и др.) отрасли познания (естествознания в целом и др.). В рамках каждого уровня такой иерархии в качестве основания науки выступают такие элементы ее системной организации, которые направляют, регулируют, контролируют и корректируют процесс получения нового знания.

Анализ показывает, что основания науки содержат два взаимно предполагающих и неразрывных аспекта (кластера). Один направляет формирование внутренних связей элементов (понятий, идей, гипотез, методов, теорий и др.) данной науки, т.е. определяет внутреннее единство системной организа-

1 В отечественной литературе по философии науки к основаниям науки разные авторы относят и материаль-но-предмегные средства науки — приборы наблюдения, экспериментирования; и совокупность эмпирических данных, имеющихся в распоряжении ученых; и исходные принципы теоретизации знания или базисные понятия науки; и картину мира, общие методы исследования, идеалы объяснения, обоснованности и организации знания, философские основания науки; а также фундаментальные темы науки и др. На наш взгляд, основания науки должны не просто постулироваться, а вытекать из определенных гносеологических позиций об основаниях познания в системе деятельности субъекта. Одна из точек зрения состоит в том, что основанием познания выступает практика, материально-предметное взаимодействие человека с миром, оно является основой, целью и критерием познания.

ции определенного способа познания. Второй обеспечивает функционирование внешних связей науки, включенность конкретной науки в исторически определенную систему познавательной деятельности (науку как целое на ее определенном историческом этапе) и более широко — в систему духовной культуры определенной эпохи. Таким образом, можно говорить о двух видах единства науки — «внутреннем» и «внешнем». «Внутреннее единство» структурирует внутреннюю системную организацию конкретной науки таким образом, чтобы адекватно воспроизводить содержание объекта познания. «Внешнее единство» реализуется через установление взаимосвязей различных отраслей системы научного познания мира, трансляцию, движение знаний, образов, понятий, смыслов из естественных наук в гуманитарные, из обществознания в техническое знание и др.; таким образом, научному познанию придается системное единство и целостность. Научная деятельность неразрывно связана с системами материальной и духовной культуры общества. При этом имеет место взаимное воздействие: социокультурных факторов — на формирование науки, ее компонентов, процесс получения теоретических и эмпирических знаний; а также обратное воздействие научной деятельности на социум и культуру своего времени. В результате формируется социально-культурный контекст развития науки, естествознания1.

Внутренняя системная организация научного знания и внешние связи каждой науки (как внешние и внутренние связи любой целостной системы реальности, будучи связаны основаниями данной системы) теснейшим образом взаимодействуют. Поэтому интегративные процессы в познании зависят и от внешней, и от внутренней составляющей оснований науки. Причем, с ростом идеально-теоретической и предметно-практической активности субъекта взаимодействие внешнего и внутреннего единства науки усиливается, происходит сближение наук, интеграция и синтез принципов организации внутренних связей различных способов познания, парадигм. Поэтому важно рассмотреть вопрос о роли субъекта познания в интегративных процессах, протекающих в ходе развития научного знания.

Объект и субъект познания — соотносительные категории. Объект — это всегда продукт взаимодействия природы с субъектом, вооруженным материально-предметными и идеально-теоретическими средствами воздействия на природу. Знание выступает результатом взаимодействия субъекта и объекта;

1 Смена оснований науки — важнейший признак научных революций. А поскольку основания науки обладают социокультурным компонентом (кластером), то становится понятно, почему революции в науке имеют такое большое социальное и культурное значение, вызывают мощные последствия в обществе, культуре, духовной жизни. 16

а глубина познания закономерностей объекта определяется уровнем активности субъекта, развитием его материально-предметных и идеально-теоретических средств освоения мира.

Чем выше эта активность, тем более глубокие пласты, свойства объекта (в том числе и те, которые закономерно связывают его с другими целостными объектами, системами реальности, позволяя их интегрировать в некое единство) отражаются в знании. Причем, по мере исторического развития познания возрастает роль находящихся в распоряжении субъекта не только идеально-теоретических, но и материально-предметных средств воздействия на объект1. На этой основе происходит в частности сближение субъекта фундаментальной науки и субъекта прикладной науки.

Долгое время субъекты фундаментальной и прикладной науки противопоставлялись друг другу как противоположные полюсы познавательного отношения человека к миру. Субъект фундаментальной науки нацелен на отражение мира таким, каким он является как бы «сам по себе», безотносительно к субъекту. Субъект прикладной науки нацелен на конструирование культурной среды обитания человека, материальной цивилизации; на основе полученных субъектом фундаментальной науки знаний объективных законов природы он созидает новый, искусственный мир, «тело» материальной культуры, техносферу. Качественно иная ситуация сложилась в постнеклассиче-ской науке, где условием фундаментального познания является способность предметно конструировать сам объект познания, наука становится «техно-наукой» (био-нанотехнологии, информационные, когнитивные и др.) На этой основе формируется качественно новая тенденция к единству наук. Его называют конвергентным единством.

Вторая глава диссертации («Формы единства науки от античности до эпохи модерна») посвящена анализу конкретно-исторических типов единства науки. Отмечается, что философский анализ исторических типов единства науки предполагает решение вопроса о том, когда познавательная деятельность приобретает собственно научный характер, происходит качественный переход от донаучного познания к научному. Мы разделяем точку

1 Это хорошо иллюстрируется историей физического познания. Так, классическая физика исходила из предположения о принципиальной возможности получения таких абсолютно объективных знаний о физическом мире, в которых нет ссылок на субъект познания. Но уже в релятивистской физике стало ясно, что физическая теория должна содержать не только средства описания объекта, но и средства описания условий познания («системы отсчета»), А в квантовой механике фундаментальную роль играет предметное взаимодействие между микрообъектом и измерительным устройством. Следующий этап развития фундаментальных физических идей может быть связан с необходимостью учета не только находящегося в распоряжении субъекта типа измерительного устройства, но и его атомарной структуры.

зрения о возникновении науки в античной культуре, связываем его с разделением физического и умственного труда в эпоху рабовладения, возникновением духовного производства, всплеском культуры древнегреческого общества («греческое чудо») в VII-VI вв. до н.э. и др.1 Античная наука была составной частью целостной системы античной духовной культуры. Именно в античной науке была создана первая научная картина мира, мировоззренческим и методологическим ядром которой выступал аристотелизм. Зарождается математика как особая абстрактная дедуктивная наука, основанная на строгих доказательствах. Формируется аксиоматический метод как способ построения системы научного знания, при котором в основе системы — исходные положения (аксиомы), истинность которых очевидна, а все остальные предложения получаются как их логические следствия. С построением математической геоцентрической астрономической модели мира Птолемеем завершается становление первой естественнонаучной картины мира. Таким образом, «внешнее единство» античной науки базировалось на аристотелевской метафизике, а ее «внутреннее единство» реализовывалось с помощью дедуктивно-аксиоматического метода. Античный тип единства научного знания может быть назван созерцательно-синкретическим.

В эпоху Средневековья главной целью духовной деятельности рассматривалось не знание, а средства приобщения к Божеству, ценностное сознание доминировало над когнитивным. Средневековое сознание было нацелено не на выявление объективных закономерностей природы, а их символических значений, характера их отношений к Божеству. Природные объекты характеризуются не в их объективных свойствах, а с точки зрения их символическо-религиозной значимости, субъект находился преимущественно в ценностном отношении к объекту. Средневековые схоласты попытались поставить универсальное искусство доказательства на пользу веры и построить метод, позволяющий согласовать все исходные начала, принципы теологии, философии и науки. «Внешнее единство» наук зиждилось на наглядно-чувственных образах религиозной значимости, вокруг которых через символизацию и алле-горизацию концентрировались производные смыслообразы. «Внутреннее единство» научного знания в эпоху Средневековья выражалось слабо структурированными традициями познавательной деятельности — схоласти-ко-умозрительной, герметической, эмпирической. Средневековый тип единства науки может быть назван ценностно-символическим.

1 Найдыш В.М. Наука древнейших цивилизаций. Философский анализ. М., 2012. 4.1-3. 18

Далее в диссертации анализируется характер познавательной деятельности в условиях культурного синтеза эпохи Возрождения, изменения в понимании гносеологического отношения (субъект-объект). Подчеркивается, что в это время формировалось понимание субъекта как активного полюса гносеологического отношения: он способен не только противостоять природе, но и активно ее преобразовывать («знание — сила»). На такой основе и закладывались мировоззренческие предпосылки экспериментального метода. В эту эпоху по мере быстрого накопления новых эмпирических знаний о мире, формируется аналитическая тенденция естественнонаучного познания, т.е. выявления качественно своеобразных областей, сфер познания, каждая из которых может и должна быть объектом отдельной науки. При этом развивалась и противоположная установка — на поиск единства различных отраслей знания. Это происходило, например, в математической астрономии, где Н. Коперник убедительно показал, что теоретическое мышление через исследование противоречивого многообразия содержания сферы явления способно проникать в единую сущность вещей. Так утверждалась важнейшая методологическая установка: познание есть обобщение многообразия и поиск в нем единства.

В третьей главе диссертации («Формы единства новоевропейской науки (ХУП-ХХ в.в.)») рассмотрены вопросы о дифференциации наук как важнейшей черте классического естествознания, о характеристиках «внутреннего» и «внешнего» единства классической и неклассической науки. Отмечается, что в новоевропейскую эпоху значительно возрастает активность субъекта познания. Но при этом его предметная активность еще недостаточна для того, чтобы изменять субстратную основу объекта, конструировать новые виды вещества. Объект познания здесь задан самой природой, ее системно-структурной организацией. Поэтому практическое и теоретическое развитие субъекта воплощается в процессе дифференциации научного познания, который происходит как в фундаментальном, так и прикладном познании. Революция в естествознании ХУ1-ХУ11 вв., связанная с именами Н.Коперника, И.Кеплера, Г. Галилея, И.Ньютона и др., положила начало естественнонаучной исследовательской познавательной деятельности в современном ее понимании. Завершителем этой революции был И.Ньютон, чья работа «Математические начала натуральной философии» (1687 г.) ознаменовала собой рождение классического естествознания. Итогом этой научной революции стало лавинообразное появление новых знаний, их усложнение, интенсивный процесс дифференциации наук, господство аналитической ме-

тодологии. Поэтому новоевропейский тип единства науки может быть назван аналитическим.

Вместе с тем, процессы дифференциации научного знания не исключали, а предполагали и обратные процессы — интегративные. Чем дифференцированнее и многообразнее научное знание, тем больше проявляется таких связей и отношений, через которые объективно реализуется внутреннее единство различных предметных областей. Интеграция науки осуществляется, прежде всего, через поиск таких объективных связей и отношений. Через взаимодействие дифференциации и интеграции реализуется стратегическая направленность познавательного процесса — установление глубинных связей между различными областями природы, поиск единства в природе, связывание разрозненных фрагментов знания в единую теоретическую картину объекта.

«Внутреннее единство» науки на этапе классического (XVII — XIX вв.) естествознания задавалось такой формой научного мышления как теория, единством ее структурной организации (принципами фундаментальных теорий, их «языком», логикой теории, в точных науках — математическим аппаратом). Так «внутреннее единство» классической физики в ХУП — пер. пол. XIX вв. строилось на основе теоретического и математического аппарата ньютоновской механики. Так было вплоть до создания Дж. К. Максвеллом теории электромагнитного поля, эмпирической основой которой явились законы Кулона, Био-Савара, Ампера, закон электромагнитной индукции, сформулированный Фарадеем. Теория электромагнитного поля объединила в одной теоретико-понятийной системе долгое время развивавшиеся независимо друг от друга учения о магнетизме, электричестве и свете (оптика). Это было новым этапом развития внутреннего единства физической науки. Что касается научно-технического знания классического периода, то и здесь «внутреннее единство» обеспечивалось структурой технической теории.

В начале XX в. происходит становление неклассического естествознания, в котором резко возрастает активность субъекта познания. С открытием рентгеновского излучения, дифракции стало возможным увидеть сложное, трехмерное, атомное строение окружающего нас материального мира, что дало толчок для прорывов в биологии, медицине, химии, последовали великие открытия Резерфорда, Бора, были заложены основные принципы квантовой механики. В неклассической физике «внутреннее единство» обеспечивается не только структурой теории, как в классической физике, но и теоретико-методологическими предпосылками физического познания, т.е. теми

средствами, которые необходимы для формирования, интерпретации и функционирования самих фундаментальных теорий, среди которых ключевую роль играют методологические принципы и установки физического познания. Такие установки непосредственно направляют и ориентируют генезис научных теорий, являются исследовательскими программами, а также важным звеном в интерпретации научных теорий, задают идеалы и нормативные структуры науки.

Аналогичным образом обстоит вопрос и с единством прикладных (прежде всего, технических) наук неклассического типа. Здесь, во-первых, происходит усиление внутреннего единства классических прикладных наук, их синтез (на базе кибернетических, системных, информационных и др. представлений); во-вторых, усиление интеграции, единства технических, прикладных наук и фундаментальных естественнонаучных дисциплин.

«Внешнее единство» классической и неклассической новоевропейской науки реализовывалось на нескольких уровнях. Первый — уровень методологических (и мировоззренческих) установок познавательной деятельности, содержащих общие представления об объекте исследования, путях и форме результатов исследования, задающие общие методы исследования, а также идеалы объяснения, обоснованности и организации знания и др. Именно содержание методологических установок познавательной деятельности в классическом и неклассическом естествознании было тем когнитивным «узлом», который связывал в себе все многообразные токи знаний от науки к ее социокультурному контексту, обеспечивал как «горизонтальную», так и «вертикальную» интеграцию науки в систему культуры.

Второй — реализуется на уровне научных картин мира, то есть наглядно-чувственных образов познавательной реальности, синтеза «онтологических схем» в содержании методологических установок науки. Картины мира обеспечивают объективацию научных знаний, т.е. их соотнесение с исследуемыми объектами; выполняют интерпретационную функцию; через опосредование с научной картиной мира конкретные достижения науки, результаты ее исследовательского поиска обретают общекультурный смысл1.

Важно и то, что через картины мира осуществляется также взаимодействие фундаментальных и прикладных наук2. И если технические науки

1 См.: Степин B.C., Кузнецова Л.Ф.Иаучнгя картина мира в культуре техногенной цивилизации. М., 1994. 274 с.

2 Так, формирование классических прикладных наук (науки механического цикла, теплотехнические науки, электротехнические науки, радиотехника) шло по мере становления механической и электродинамической физических картин мира, а квантово-релятивистская картина мира определила становление радиоэлектроники, прикладной ядерной физики и др.

классического типа возникали обычно на базе одной фундаментальной естественной науки, то технические науки неклассического типа (например, радиолокация, кибернетика, генная инженерия) формировались на базе нескольких фундаментальных естественных наук, онтологическое единство которых задавалось естественнонаучной картиной мира.

Третий уровень «внешнего единства» классической и неклассической науки — уровень категориально-философского синтеза, представленный философскими категориями и принципами, среди которых четко выделяются онтологическая (категории «мир», «природа», «человек», «система», «вещь», «процесс», «закон», «причинность», «необходимость», «случайность», «пространство», «время»; принципы — «развития», «единства мира» и др.) и эпистемологическая (характеризующую особенности познавательной деятельности, здесь речь идет о категориях — «истина», «знания», «метод», «доказательств», «объяснение», «теория», «факт» и др.) составляющие. Многие из них выполняют роль базисных понятий науки, на основе которых формируются междисциплинарные принципы теоретизации знания, новые методы познания, а также выполняют эвристическую функцию, направляют исследовательский поиск1. Философские категории и принципы обеспечивают интерпретацию фундаментальных теорий; согласование картин мира, методологических установок познания с мировоззрением, которое доминирует в ту или иную историческую эпоху; замыкают сложную цепь познавательных процессов, обеспечивают включение научных знаний в систему доминирующих ценностей, смыслов соответствующей культурно-исторической эпохи.

Качественно новый исторический тип единства науки, который складывается в естествознании XXI в. рассматривается в четвертой главе («Конвергентный тип единства научного знания в постнекласснческой науке XXI в.»). Отмечается, что развитие производительных сил до уровня пятого и шестого технологических укладов привело к значительному росту теоретической и материально-предметной активности субъекта. Роль науки в обществе продолжает возрастать, она все в большей мере выступает непосредственной производительной силой и интегративной основой всех сфер общественной жизни на всех ее уровнях. Как никогда ранее сблизились наука и техника, фундаментальные и прикладные науки, науки естественные и социально-гуманитарные (на фоне возрастания роли человеческого фактора во всех формах деятельности). Выделяются совершенно новые типы объектов

1 Например, понятие информации, понятие системы и ее типов (открытые и закрытые, равновесные и неравновесные и др.), понятие самоорганизации и др. 22

научного познания. Они характеризуются сложностью организации, открытостью, саморегулированием, уникальностью, а также историзмом, саморазвитием, необратимостью процессов, способностью изменять свою структуру и т.п. К такого типа уникальным объектам относятся, прежде всего, природные комплексы, в которые включен человек как субъект деятельности (экологические, социальные объекты, медико-биологические, биотехнологические, биосферные, эргономические, информационные комплексы, включая системы искусственного интеллекта и др.). Исследование такого рода объектов требует новых, ранее не проявлявшихся в познавательной деятельности особенностей. Так, изменяются представления классического и неклассического естествознания о ценностно-нейтральном характере научного исследования. В процесс и результат научного познания непосредственно включаются аксиологические факторы (социальная экспертиза, ценностные, этические, эстетические и др. обстоятельства). Крайне важным является появление информационных технологий — первых, носящих надотраслевой характер. Сегодня без них не может существовать ни одна из отраслей науки, промышленности (благодаря им возникли телемедицина, дистанционное обучение, автоматические системы пилотирования самолетов, кораблей и т.д.) — информационные технологии стали неким «обручем», который методологически и теоретически объединил, интегрировал разные научные дисциплины и технологии1.

В постнеклассической науке предметная активность субъекта достигла такого уровня, когда появились исключительные возможности созидания новой сферы материальной культуры на основе атомно-молекулярного конструирования искусственных, целенаправленно созданных человеком материальных вещественных образований с принципиально новыми, заданными свойствами. Современные нано- и биотехнологии размывают границы между практической и познавательной деятельностью, познание объекта становится возможным только в результате его предметно-деятельного преобразования. По сути, идет процесс формирования материальной культуры в совершенно новом качестве. Налицо тенденция замены узкой специализации междисциплинарностью, что в свою очередь ведет уже к трансдисциплинарной интеграции. В постнеклассической науке аналитический подход к познанию структуры материи окончательно сменился синтетическим. Анализ и синтез по своей сути не только дополняют, но и взаимно обусловливают друг друга, трансформируются один в другой. Разумеется, в дальнейшем

1 Ковальчук.М.В. Идеология нанотехнологий. М.2010, С.83

путь анализа никуда не исчезнет, но он перестанет быть главным приоритетом, скорее, отойдет на второй план в векторе развития науки.

Все это влечет за собой качественные изменения характера «внутреннего» и «внешнего» единства науки. Идеал аксиоматическо-дедуктивной системы как форма организации «внутреннего единства» науки сменяется идеалом поливариантной теории — построение конкурирующих теоретических описаний, основанных на методах аппроксимации, компьютерных программах и т.д. В частности, это вызвано потребностями разработки способов описания (объяснения) состояний развивающегося объекта, которые должны включать в себя построение сценариев возможных многовариантных линий изменяющихся состояний объекта. Особенно когда объектом является развивающаяся система, существующая лишь в одном экземпляре (Вселенная, биосфера, социум и др.). Здесь главная сложность в том, что, во-первых, нет возможности воспроизводить первоначальные состояния такого объекта, а, во-вторых, в данное время нет возможности воспроизвести его будущие состояния. В таком случае концептуальные обобщения эмпирических данных проецируются на множественные теоретические модели вероятностных линий эволюции объекта.

«Внешнее единство» постнеклассической науки реализуется на нескольких уровнях — в процессе установления системных взаимосвязей между различными областями знания; в ходе трансформации методологии познания, способов и методов познания, методологических установок; через появление новых элементов картины мира; уточнении философских оснований конкретно-научного познания и др. Наиболее важный интегративный уровень связан с научной картиной мира. На уровне картин мира единство научного знания в постнеклассической науке проявляется в усилении междисциплинарных взаимодействий, уменьшении уровня автономности специальных научных картин мира, которые интегрируются в системы естественнонаучной и социальной картин мира, а затем обобщаются в общенаучной картине мира. Сама общенаучная картина мира начинает все в большей мере соединяет принципы системности и эволюции, и базируется на идее универсального эволюционизма. Это позволяет ей через установление преемственных связей между неорганическим миром, живой природой и социумом устранить исторически сложившееся в познании противопоставление естественнонаучной и социальной научной картин мира, усилить интегративные связи отдельных наук, специальных картин мира, представить их как фрагменты единой общенаучной картины мира. На уровне философских оснований система

постнеклассической науки интегрируется, прежде всего, категориальным аппаратом, теоретически отражающим проблематику социокультурной обусловленности познания, включая сюда проблему мировоззренческих и социально-этических регулятивов постнеклассической науки.

Все эти интегративные многоуровневые процессы позволяют говорить о новом типе интеграции в системе постнеклассической науки. «Внутреннее» и «внешнее» единство науки сливаются в некий единый когнитивно-ценностный комплекс требований к познавательному процессу. Единство науки приобретает качественно новый характер, который получил название конвергенцией наук.

К характеристикам конвергентного единства могут быть отнесены также следующие черты постнеклассической науки.

Во-первых, доминирование междисциплинарных исследований, которые берут на себя интегративные функции по отношению к отдельным наукам (примерами могут служить теория систем, теория управления и т.д.). На этой основе происходит сближение отдельных наук, способов познания. Интеграция носит не просто междисциплинарный, а трансдисциплинарный характер.

Во-вторых, растет само многообразие интегративных процессов; иначе говоря, происходит их дифференциация, т.е. интеграция дифференцируется.

В-третьих, сама дифференциация становится все в большей мере моментом интеграции, приобретает все более явно выраженную интегративную направленность, выступает как закономерный, функциональный момент процесса самоорганизации и самоструктурирования науки. Иначе говоря, дифференциация из особого направления эволюции науки становится частью доминирующего в ней интеграционного процесса.

В-четвертых, в результате, интеграция как движение к целостности направлена не противоположно дифференциации, а включает ее в себя как часть, как один из необходимых аспектов общего процесса развития системы. Другими словами, отдельные процессы дифференциации и интеграции сливаются в единый интегрально-дифференциальный синтез.

Яркой иллюстрацией конвергентных процессов является новейшее направление развития науки, связанные с нано, био, инфо, когнитивными (НБИК) науками и технологиями. Именно нанотехнологии (в виде технологий атомно-молекулярного конструирования материалов с качественно новыми свойствами «под заказ») созидают фундамент и принципиально нового технологического уклада, и принципиально нового уровня организации

науки и научных технологий. Внутренняя логика развития нанотехнологий нацелена на объединение множества узкоспециализированных наук в единую систему современного научного познания. Базой такого объединения является не только знание атомарного устройства мира, но и способность человека целенаправленно им манипулировать, конструируя немыслимые ранее материалы. Все это, на наш взгляд, дает основания утверждать, что новейшая «нанотехнологическая революция» является выражением глубинной закономерности возрастания роли субъекта в теоретическом и практическом освоении человеком мира. Развитие науки достигло такого технологического уровня, когда стало возможным не просто моделировать, а адекватно воспроизводить системы и процессы живой природы с помощью конвергентных нано-, био-, инфо-, когнитивных науки и технологии (НБИК-технологии). Двигаясь по пути синтеза «природоподобных» систем и процессов, человечество рано, или поздно, подойдет к созданию антропоморфных технических систем, высокоорганизованных «копий живого». Для того чтобы разумно, безопасно и эффективно пользоваться всеми этими достижениями, привести современную техносферу в гармонию с природой, создать ноосферу, о которой говорил В.И. Вернадский, необходимо учитывать и использовать закономерности трансформации сознания, психики человека. Человек как субъект практического и познавательного отношения к миру рано или поздно сам становится объектом научно-технологического воздействия. Это может быть осуществлено путем соединения возможностей НБИК-технологий с достижениями социально-гуманитарных наук и технологий. На этом пути пространство конвергентных технологий приобретает еще одно измерение — социально-гуманитарное, а конвергентное единство нано-, био-, инфо-, когнитивных технологий дополняется социально-гуманитарными технологиями, становясь уже НБИКС-технологиями. Это делает их практическим инструментом формирования качественно новой техносферы, которая станет органичной частью природы.

В «Заключении» автор подводит итоги проведенного исследования, формулирует теоретические выводы и обобщения.

Основные научные результаты диссертационного исследования отражены в статьях, опубликованных в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации:

1. Ковальчук М.В., Нарайкин О.С., Яцишина Е.Б. Конвергенция наук и технологий — новый этап научно-технического развития // Вопросы философии. 2013. № 3. С. 3-11.

2. Яцишина Е.Б. Проблема исторических типов единства научного знания // Вестник российского университета дружбы народов. Серия «Философия». 2012. № 3. С. 162-171.

3. Ковальчук М.В., Фейгин Л.А., Яцишина Е.Б. Апостол кристаллографии. К 125-летию со дня рождения академика А.В.Шубникова // Вестник Российской Академии наук. Т.82. 2012. №4. С. 363-369.

4. Ковальчук М.В., Нарайкин О.С., Яцишина Е.Б. Конвергенция наук и технологий и формирование новой ноосферы // Российские нанотех-нологии. Сентябрь-октябрь 2011. Т.6. №9-10. С. 10-13.

Яцишина Екатерина Борисовна Исторические типы единства науки

В диссертационном исследовании осуществлен философский анализ исторических типов единства науки. Показано, что исторические типы единства научного знания закономерно связаны с основаниями науки, определяются ростом активности субъекта познания, структурно подразделяются на «внутреннее» и «внешнее» единство науки. Выделяется четыре исторических типа единства науки: античный (созерцательно-синкретический); средневековый (ценностно-символический); новоевропейский (аналитический); в постнеклассическом естествознании XXI в. складывается качественно новый тип единства науки, который получил название конвергентного. Каждый из них характеризуется своеобразием «внешнего» и «внутреннего» единства науки, особенностями взаимодействия «внешнего» и «внутреннего» единства науки друг с другом.

Ekaterina В. Yatshishina The Historical types of the unity of science

In this thesis a philosophical analysis of the historical types of the unity of science is done. It is shown that the historical types of the unity of science were closely joined with the foundations of science determined by the increase of the subject of cognition's activity and structurally subdivided into "internal" and "external" unity of science. Four historical types of the unity of science are defined: antique (contemplative-syncretic), medieval (value-symbolic), new-European (analytical) and in the modern postnoclassical science in the 21st century a qualitative new convergent type of the unity of science is developed. Each of these types is characterized by its peculiarity of "internal" and "external" unity of science, by the features of their mutual interaction

Подписано в печать 4.04.2013. Формат 60×90/16 Печать цифровая. Усл. печ. л. 1,75 Тираж 100. Заказ 37

Отпечатано в НИЦ «Курчатовский институт» 123182, Москва, пл. Академика Курчатова, д. 1

Текст диссертации на тему «Исторические типы единства науки»

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего

РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ

ЯЦИШИНА Екатерина Борисовна

ИСТОРИЧЕСКИЕ ТИПЫ ЕДИНСТВА НАУКИ

Специальность 09.00.01 — онтология и теория познания

Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук

Научный руководитель доктор философских наук, профессор В.М.Найдыш

ВВЕДЕНИЕ Актуальность темы исследования.

На рубеже ХХ-ХХ1 вв. в развитии науки и прежде всего естествознания, проявились новые глубинные тенденции, позволяющие говорить о том, что наука, естествознание, по-видимому, вступают в новую историческую фазу своего развития, получившую название постнеклассической науки\ Среди таких тенденций следует указать на размывание четких границ между практической и познавательной деятельностью, фундаментальными и прикладными исследованиями, на то обстоятельство, что по отношению к экономике, политике, социальной сфере наука играет все более значительную роль. Особо стоит выделить в качестве объектов познания сложноорганизованные, в том числе и открытые, исторически развивающиеся, уникальные системы (объекты экологии, биологических и бионанотехнологий, системы человек-машина и др.); выработку новых способов, методов познания, выдвижение на первый план проблемно-ориентированных, комплексных и междисциплинарных форм исследовательской деятельности. Наддисциплинарные технологии, (информационные, нанотехнологии) созидают качественно новое «тело» материальной культуры, новый технологический уклад, ведут к кардинальным изменениям окружающего нас мира.

Качественно изменяется и мотивационная основа научного познания: цели научной деятельности все чаще определяются не только внутренней логикой развития самой науки, но и внешними для науки обстоятельствами — экономического, социального, политического, культурного характера. Это выражается в частности в том, что современное естественнонаучное познание перестает быть ценностно-нейтральным, новые способы научного описания объектов предполагают явное введение аксиологических факторов в содержание и структуру таких способов описания (этика науки, социальная

1 См.: Степин B.C. Философия науки. Общие проблемы. М., 2006. Гл.7.

экспертиза программ, возможные риски и др.). Все это говорит о возрастании значимости человеческого фактора в познавательной деятельности, роли субъекта познания.

Одна из важнейших характерных черт постнеклассической науки — ускорение процессов дифференциации и интеграции научного знания. В литературе по истории и философии науки, науковедению принято подчеркивать, что современная наука представляет собой особую, далеко продвинувшуюся по пути дифференциации сферу духовной культуры. Это -огромная разветвленная система познавательной и технологически ориентированной деятельности человека, в которой занято во всем мире свыше миллиона человек — исследователей, техников, инженеров, специалистов и др. По разным науковедческим критериям и оценкам, количество отдельных отраслей научного знания оценивается от 4 до 13-14 тысяч. При этом обычно отмечается, что дифференциация наук ведет к специализации и, в конечном счете, к росту взаимного непонимания и отчуждения между представителями разных наук. Как писал Н. Винер, «в настоящее. время лишь немногие ученые могут назвать себя математиками, или физиками, или биологами, не прибавляя к этому дальнейшего ограничения. Ученый становится теперь топологом, или акустиком, или специалистом по жесткокрылым. Он набит жаргоном своей специальной дисциплины и знает всю литературу по ней и все ее подразделы. Но всякий вопрос, сколько-нибудь выходящий за эти узкие пределы, такой ученый чаще всего будет рассматривать как нечто, относящееся к коллеге, который работает через три комнаты дальше по коридору. Более того, всякий интерес со своей стороны к подобному вопросу он будет считать непозволительным нарушением чужой тайны»1. И действительно, каждая наука характеризуется своими специфическими особенностями познавательной деятельности, определяемыми предметом познания, средствами и методами

1 Винер Н. Кибернетика и общество. М., 1958. С. 12.

исследовательской деятельности, целями и задачами, различными формами результата деятельности (теория, гипотеза, система понятий, конструктивные схемы объекта, предметные либо математические модели и др.), ценностями, идеалами и установками, объединяющими исследовательские и проектно-конструкторские коллективы и характеризующими отношения этих коллективов к объекту и процессу познания, культурному фону науки, собственным глоссарием, зачастую малодоступным для представителей даже смежных научных дисциплин и др. Дифференциация всех форм человеческой деятельности ведет к их специализации, а значит, сужает творческое начало в ней каждого отдельного субъекта. На это обстоятельство обращал внимание А. Эйнштейн: "Специализация во всех областях человеческой деятельности, несомненно, привела к невиданным достижениям, правда, за счет сужения области, доступной отдельному индивидууму" \

При этом в российских и зарубежных исследованиях в гораздо меньшей степени обращается внимание на противоположную тенденцию в историческом развитии научного познания — укрепление внутреннего единства, интегрированности науки как целостной подсистемы духовной культуры общества. Нельзя сказать, что этот аспект полностью игнорируется в литературе (историко-научной, методологической, философской и др.), но он обычно трактуется фрагментарно, нередко достаточно поверхностно, концептуально слабо проработан. Обычно указывается, что интегративные тенденции в науке являются следствием ее дифференциации, с развитием науки стираются границы между отдельными науками, различными отраслями научного познания и формируются интегративные программы развития научного познания — кибернетика, теория систем, синергетика и др.

Действительно, при всем своем нарастающем многообразии, растущей диверсифицированности, многогранности наука всегда была целостным

1 Эйнштейн А. Собр. науч. трудов. Т. 4. М., 1967. С. 326.

системным образованием, в котором отдельные компоненты (отрасли науки, отдельные науки) теснейшим образом связаны между собой, оказывают друг на друга влияние. Взаимное обогащение идеями, методами, понятиями, категориями и др. формами знания не только между близкими между собой (по предмету) науками, но и кажущимися на первый взгляд далекими отраслями познания сопровождает все историческое развитие науки, начиная с самых ее истоков. В ходе всей истории познания существовали каналы трансляции знаний (идей, образов, представлений и др.) как между естественными науками, так и от естественных наук к социо-гуманитарным, и от социо-гуманитарных к естественным. В истории науки, несомненно, проявляется всеобщая закономерность — взаимоопосредованность процессов дифференциации науки и процессов, определяющих укрепление единства, внутренней интегрированности науки. В истории познания мира дифференциация единой системы научного познания, ее внутреннее расчленение неизбежно приводит и к установлению интегративных связей, укреплению единства науки; налицо тенденции к тесной связи и взаимодействию различных научных дисциплин; к созданию более общих, объединяющих научных теорий, охватывающих различные области исследований, выявлению единых принципов научного знания.

Насколько глубоки различия процессов дифференциации и интеграции, не носят ли эти различия временного характера, какая тенденция является определяющей — дифференциация или интеграция и др.? Здесь нет единой точки зрения; в литературе высказываются самые различные мнения по данным вопросам. Существенно прояснить этот вопрос может анализ истории форм единства науки. Наука — это исторически сложившаяся и развивающаяся система познания объективных законов мира. В своем историческом развитии она претерпела серьезные качественные

трансформации. Естественно, современная наука мало напоминает свои ранние исторические формы, тем более сформировавшиеся из донаучных форм познавательной деятельности человека. Существенно изменялись и процессы дифференциации и интеграции науки, формы ее единства. Вместе с тем, в литературе по истории и философии науки совершенно не достаточно разработан вопрос о закономерностях исторического развития единства науки, об исторических типах такого единства. Проблема исторических типов единства науки в настоящее время далека от своего разрешения. В литературе представлен целый спектр возможных подходов к ее решению.

Несомненная актуальность исследования исторических форм единства науки и в том, что понимание характера единства постнеклассической науки — важное условие для разработки системы оценок структурных изменений, которые происходят в современной науке, перспектив ее развития; для совершенствования теоретико-методологических основ программ приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в Российской Федерации, создания организационных и правовых основ деятельности новых научных инновационных структур.

Степень разработанности проблемы. Проблематика единства и многообразия научного знания своими историческими корнями восходит к античной философии, прежде всего к Демокриту, Платону и Аристотелю, и вплоть до первой половины XIX в. разрабатывалась в русле гносеологических учений как проблема оснований единства и многообразия знания человека о мире. Еще в античности складывались основные философские концепции единства знания — эмпиризм (единство знаний

1 «Само научное мировоззрение не есть что-нибудь законченное, ясное, готовое; оно достигалось человечеством постепенно, долгим и трудным путем». « Научное мировоззрение есть создание и выражение человеческого духа;. научное мировоззрение меняется в разные эпохи у разных народов, имеет свои законы изменения и определенные ясные формы проявления» . Вернадский. В. И. «Очерки по истории современного научного мировоззрения 1902-1903 гг.» // Избранные труды по истории науки» М. Наука- 1981 г.С.51-52

определяется единством чувственного опыта, который в свою очередь задается единством мира, которое обусловлено его единой субстанцией, например, атомами) и рационализм (единство знаний задается супранатуральными «врожденными идеями»), поиск форм синтеза эмпиризма и рационализма на основе представления о непосредственном интуитивном постижении всеобщего субстанциального основания объекта, и др.1

В период Средневековья основание единства знания усматривалось исключительно в вере в единого Бога. Средневековые схоласты стремились поставить универсальное искусство доказательства на пользу веры, построить метод, позволяющий согласовать все исходные начала, принципы теологии, философии и науки. Так, Р. Луллий в его «Великом искусстве» излагал известные начала, принципы, обязательные для науки, философии, теологии, а также правила, позволяющие сочетать эти начала. Он полагал, что такие сочетания абсолютно точно выражают все истины и все тайны природы, которые человеческий разум способен постичь в бытии.

В философии Нового времени проблема единства научного знания становится одной из важнейших гносеологических проблем. В работах Ф. Бэкона, Декарта, Лейбница, Канта, Фихте, Гегеля, немецких романтиков, Ф. Шеллинга и др. разрабатываются различные трактовки единства научного знания с точки зрения и его структурной организации, и связи с ценностными сторонами деятельности сознания субъекта. Так, основоположник индуктивного метода в новоевропейской науке Ф. Бэкон считал, что познание должно отражать две великие стороны единого целого в природе -единство и разнообразие. По его мнению, именно фундаментальная философия является воплощением единства всех наук.

1 См.: Б.А. Старостин. Становление историографии науки (от возникновения до ХУШв.) М., 1990; Жмудь Л.Я. Зарождение истории науки в античности. СПб., 2002.

Если мировоззрение Ф. Бэкона несло в себе значительные элементы ренессансного синкретизма, то творчество его соотечественника и последователя Т. Гоббса, принадлежит эпохе дифференциации натурфилософского знания и выделения из него конкретных наук. Гоббс полагал, что понимание природы возможно лишь через выявление ее простейших элементов (прежде всего математического порядка — линия, плоскость, фигура и др.) и анализа их перемещения в пространстве. Гоббс неоднократно подчеркивал важнейшую роль аналитического метода в познании, который дает возможность правильно разлагать чувственные восприятия и таким образом получать представления об элементарных основах природы. Но при этом он говорил и о необходимости дополнения аналитического метода синтетическим, который позволяет постичь всю сложность вещей и даже мира в целом. Но синтетический метод он понимал еще вполне механистически, усматривая в нем лишь аддитивные, а не интегративные характеристики.

Основоположник картезианства Р. Декарт принципиально разделял свою физику и свою метафизику. В его физике материя, сводимая им к протяженности и движению, представляет собой полностью познаваемую субстанцию. В ней не может быть тайн, ее свойства познаются рационалистическим методом. Такой метод и является основой единства науки, «всеобщей мудростью» (universalis Sapientia), получающей концентрированное выражение во «всеобщей математике» (mathesis universalis). Именно она, по Декарту, является синонимом «всеобщей науки» и в ней воплощена сущность рационалистического метода. Такие соображения о «единой науке» развиваются Б. Спинозой, по мнению которого унификация метафизики возможна лишь на основе геометрического аксиоматического метода.

Серьезная попытка синтеза гносеологических доктрин эмпиризма и

рационализма была осуществлена И. Кантом. Кант считал, что природа

предстает перед субъектом как хаотическое многообразие единичных вещей

и потому объективным единством не обладает; единство в хаос чувственных впечатлений о природе вносится самим субъектом, организацией его сознания. По Канту, любое знание — это синтез данных чувственного опыта и априорных всеобщих и необходимых структур, форм сознания. Основанием такого синтеза он считал активность субъекта: не знание должно координироваться, согласовываться с предметами, а предметы со знанием1. Ведь объект дан сознанию не сам по себе, а в формах активности сознания субъекта. Кант выделял три структурных уровня организации сознания — формы чувственного созерцания, рассудок и разум; им соответствуют формы познания — математика, естествознание и метафизика. Единство естествознания, осуществляемое деятельность рассудка, по Канту, задается трансцендентальным единством апперцепции, которое в дальнейшем развитии немецкой социально-гуманитарной традиции XIX в. сближалось с понятиями — волевых установок субъекта (В. Вундт и др.), предшествующего опыта субъекта и др.

Важный поворотный момент в истории гносеологии — проникновение идеи развития, обусловившее понимание познания как конкретно-исторического процесса, с закономерностями исторического развития сознания, познания, науки. С точки зрения Гегеля в своем историческом развитии дух, поднимаясь от низших ступеней к высшим, тем не менее, остается при этом неким единым целым. Это единство находит свое выражение в единой науке. Такой наукой является философия, синтезирующая в своем содержании результаты конкретных, позитивных наук. Только философия в своем единстве и целостности, неразделенности с другими науками выражает содержание абсолютной идеи. В целом, в гегельянстве проблема единства науки рассматривалась в отрыве от анализа процессов дифференциации наук, дисциплинарной расчлененности системы познания, изучения особенностей исторической стадии отпочкования науки

1 Кант И. Критика чистого разума // И. Кант Соч.: В 6 т. Т.З. М., 1964. С. 105.

от их единого натурфилософского корня. Она рассматривалась преимущественно в контексте теоретического анализа понятийно-категориальной структуры познавательной деятельности. Доминировало представление о едином научно-философском познании, в котором вопросы множественности исследовательских областей, объектов познания отходили на второй план, конкретные науки интегрировались философским категориальным аппаратом, рационально-теоретический уровень познания довлел над эмпирическим уровнем и др. Оценки черт будущего познания строились на идее единой и универсальной науки о мире, интегрирующей все многообразие знаний о мире, все существующие на�

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.